ВКЛАД В ОТЕЧЕСТВЕННУЮ МИКРОБИОЛОГИЮ

В последние десятилетия XIX века в большой семье екатеринбургского предпринимателя Генриха Борисовича Перетца родились два сына, ставшие известными врачами и учеными. Василий (Вильгельм) — акушером-гинекологом, Леопольд — микробиологом. Словами Василия Перетца «Родители института — любовь и разум» в свое время была названа статья об истории ФГУ «Уральский НИИ ОММ Росмедтехнологий», который он возглавлял в 1920-е годы («Медицина и Здоровье» № 11 за 2009 г.). Новая публикация рассказывает о Леопольде Перетце, чьи достижения обогатили отечественную и мировую микробиологию. Исполнилось 120 лет со дня его рождения.

Леопольд Генрихович родился 4 (16) октября 1891 года. В 1910-м после Екатеринбургской гимназии поступил в Берлинский университет на философский факультет (специальность — химия), затем перевелся в Казань (естественный и медицинский факультеты), а в 1919-м оканчивал уже университетский медфак в Томске. Учеба и становление молодого врача, получившего широкое образование, проходили в сложной обстановке. Это было время революций и войн — началась и завершалась первая мировая, но еще шла в стране гражданская. Леопольд Перетц был призван в армию, где руководил госпиталем, а в 1920 году стал заведовать окружной санитарно-актериологической лабораторией Приуральского военного округа. Для новой власти борьба с эпидемиями явилась одной из первоочередных задач, и тогда же в Екатеринбурге был основан химико-бактериологический институт (позднее он неоднократно менял профиль и название, ныне это — ФГУН «Екатеринбургский НИИ вирусных инфекций»). В числе основных его организаторов волею судьбы оказался и недавний выпускник томского медфака. Ему выпала честь создавать и возглавлять сначала бактериологический, а затем оспенный и вакцинный отделы нового института. Склонность к научным исследованиям дала о себе знать еще на студенческой скамье (он изучал влияние сахарина на ферменты пищеварительного тракта) и по-доброму проявилась почти за пять лет работы здесь. Помогло его профессиональному совершенствованию и то, что вскоре одновременно стал ассистентом на кафедре микробиологии медицинского факультета Уральского государственного университета, только что открытого в городе. Сам Леопольд Генрихович считал началом своей научной деятельности 1921 год.

Успехи подававшего надежды исследователя были замечены научным сообществом, и в 1925-м он уже старший ассистент, затем — доцент, профессор и заведующий кафедрой микробиологии 2-го Ленинградского медицинского института.

Л. Г. Перетц ведет исследования микрофлоры человеческого организма. Уделяя особое внимание изучению микрофлоры кишечника и развивая идеи И. И. Мечникова, ученый устанавливает, что нормальная микрофлора обладает защитными функциями, а нарушения ее состава приводят к дисбактериозу. В 1930 году Леопольд Генрихович выдвигает свою главную научнопрактическую идею: для нормализации микрофлоры предлагает препарат из живой культуры кишечной палочки (штамм М-17), выращенной на молоке. Вначале его назвали коли-простоквашей, а впоследствии — колибактерином. В 1936-м защищена докторская. Почти два десятилетия отделяли от появления основного капитального труда — монографии «Значение нормальной микрофлоры для организма человека» (она выйдет в 1955-м в Москве, в МЕДГИЗе).

Пока же приходилось переживать невзгоды, которыми было отмечено само время. В 1937-м — подвергнут репрессии, через год освобожден в связи с прекращением дела. Потом — война и ленинградская блокада. В декабре 1941-го — эвакуация в родной город. И вновь — продолжение любимой ра-боты: в марте 1942-го становится заведующим кафедрой микробиологии Свердловского мединститута, а затем одновременно — руководителем экспериментального отдела и заместителем директора по научной части Института эпидемиологии и микробиологии (так теперь назывался НИИ вирусных инфекций). Здесь проводились исследования как по актуальным для военного времени раневым инфекциям, так и по проблемам, изучением которых ученый занялся еще в 30-е годы. Чтобы получить колибактерин в сухом виде, более удобный для применения, потребовался многолетний упорный труд.

Он искал пути выхода научных разработок в практику. В период войны организовал в институте эпидемиологии и микробиологии производство «колибактериновой закваски» для лечения кишечных заболеваний. А в 1950-е «воевал» за выпуск сухого колибактерина в промышленных объемах. Вот только несколько строчек из своеобразного дневника, который вела одна из его учеников, кандидат медицинских наук Клавдия Григорьевна Медвинская:

«Январь 1960 г. Л. Г. решил поехать в Москву для урегулирования вопроса с сухим колибактерином, так как СВК (Сывороточно-вакцинный комитет) упорно не утверждал технологические условия для его изготовления.

6 февраля 1960 г. Наконец-то СВК утвердил технологические условия!.. Выделены средства для изготовления в ближайшее время 100 000 ампул».

Год спустя Леопольд Генрихович готовился к пленуму Ученого медицинского Совета Минздрава РСФСР. В программе — его доклад «Применение сухого колибактерина для лечения и профилактики кишечных инфекционных заболеваний». 20 апреля 1961 года Клавдия Григорьевна радостно сообщила, что Л. Г. выступил удачно.

Но 1 мая, находясь еще в столице, один из крупнейших ученых-микробиологов России скоропостижно скончался. Прощание с ним состоялось в Москве и Свердловске. Урна с прахом погребена на Ивановском кладбище, недалеко от могилы П. П. Бажова.

А в 1962 году в Москве прошла итоговая конференция по эффективности применения сухого колибактерина, посвященная памяти профессора Л. Г. Перетца. Сотни учеников и последователей продолжили его дело.